Брестская крепость держалась дольше, чем вся Западная Европа

Галенин Борис Глебович:

Для характеристики боевой стойкости армии существует показатель — количество пленных в расчёте на так называемые «кровавые потери», то есть количество пленных, отнесённое к числу убитых и раненых. Посчитано, что в Первую мировую войну, исходя из минимальной оценки числа наших пленных в 2,5 млн, этот показатель таков: на 10 убитых и раненых в плен сдавались примерно 2 офицера и 4,5 солдата… В Отечественную войну последний показатель увеличился в 6 раз: чтобы захватить в плен одного нашего генерала, надо было убить трёх.

По солдатам и офицерам показатель стойкости ещё выше. Причём, это можно показать буквально на пальцах. «Кровавые потери» во Вторую мировую у нас, увы, в 15–20 раз больше, чем в Первую, а число пленных — всего лишь в два раза больше. То есть, чтобы взять в плен тех же двух офицеров и четверых солдат Красной Армии, надо было убить и ранить их не 10, а 100! Разница, однако… Недаром, одна Брестская крепость держалась дольше, чем вся Западная Европа.

Организованное сопротивление гарнизона Брестской крепости продолжалось с 22 по 30 июня 1941 года. Затем против немцев действовали только мелкие группы бойцов в подвалах и казематах. Последний из них, командир 44-го стрелкового полка Пётр Гаврилов был взят в плен 23 июля. На следующий день в дневнике немецкого командования появилась запись: «В результате прочёсывания крепости Брест-Литовска на наличие оставшихся в живых врагов были найдены только 7 погибших русских» (Кристиан Ганцер, Ирина Еленская, Елена Пашкович и др. «Брест. Лето 1941 года. Документы, материалы, фотографии», 2016). Итого месяц, тогда как от вторжения германских войск в Данию и Норвегию 9 апреля 1940 года до капитуляции Франции 25 июля прошло почти 4 месяца. Не говоря о том, что входящая в Западную Европу Великобритания завоёвана вообще не была.

История о неизвестном офицере, продержавшемся до весны 1942-го, остаётся легендой. В интервью «Аргументам и фактам» 22 июня 2016 года директор мемориального комплекса «Брестская крепость-герой» генерал-майор Валерий Губаренко подтвердил это в очередной раз. Главный советский летописец обороны писатель Сергей Смирнов в книге «Брестская крепость» приводил свидетельства о последних столкновениях в начале августа, уточняя, что согласно германским документам всё закончилось за пять с половиной недель. Российский писатель-фантаст Георгий Зотов сообщал о последних защитниках, сражавшихся до 23 августа. Однако до сих пор неизвестно: существовали ли немецкий унтер-офицер Макс Клегель, польский историк Тадеуш Крулевский и белорусский коллега Крулевского Александр Бобрович, на которых Зотов ссылается? Даже если поверить, что фантаст их не придумал, это ничего не меняет. Два месяца всё равно меньше четырёх, да и партизан-одиночка в подвале не есть обороняющаяся крепость. Или придётся признать, что гитлеровцы и европейские страны не захватили — там ведь отдельные герои тоже стреляли. Отряд майора 110-го уланского полка Хенрика Добжаньского партизанил по лесам до 25 июня 1940 года, но факта разгрома и оккупации Польши его подвиги не отменяют.

Столь же нелепы заявления Галенина по части потерь в Великой Отечественной войне, притом что по Первой мировой его цифры почти верны. Бывший начальник штаба 7-й армии белоэмигрант Николай Головин указывает, что Российская империя потеряла около 11,5 млн убитыми, раненными и больными, включая умерших от ран и болезней. («Военные усилия России в Мировой войне»,1939). Близкие цифры дают и другие исследователи.

Поскольку с августа 1914-го по декабрь 1916-го больных зарегистрировано 3 млн, а в январе-октябре 1917 года — 2,06 млн, хотя никаких эпидемий отмечено, Головин логично заключает, что пользуясь революционным бардаком, солдатики просто вымогали у врачей липовые справки и уходили с фронта. Вычтя превышающих норму 1914–1916 гг. симулянтов, и вправду получим около 10,4 млн на 2,4 млн пленных. За вычетом 190 тысяч офицеров и 4,1 млн реальных больных, 4 пленных рядовых и унтер-офицеров на 10 убитых и раненных.

Зато перейдя к Великой Отечественной реальность уступает место буйным и кровавым фантазиям. Умножив павших и раненных на предложенные Галениным 15 или 20, обнаружим, что потери Красной армии в Великую Отечественную войну без пленных от 156 до 208 млн! При населении СССР менее 200 млн, свыше трети которых оказалось на оккупированных территориях или в гитлеровских лагерях, такие цифры невозможны. Даже если бы каждого из 36 млн красноармейцев, ополченцев и партизан госпитализировали по 4 раза, всё равно не выходит!

Согласно отчётности советских лечебных учреждений, в них поступило немногим более 22,3 млн человек. Реально ещё меньше, поскольку раненные дважды и более, каждый раз учитывались отдельно. Не считать больных и умерших от болезней тоже не поможет: 6 млн убитых и раненных в Первую мировую войну умножить на 15–20 — это соответственно 90 и 120 млн в Великую Отечественную. Литератор просто взял от их балды, как и большинство своих прочих изысканий.